Вы здесь

Журналист, газета «Пугачевское время»
13 марта 2018 - 09:37 Просмотров: 104

Администрация общего режима

В последние годы прилавки отечественных книжных магазинов завалены историями в жанре фантастики про приключения попавших в прошлое-будущее-сказочное наших современников. Главный признак такой истории традиционен. Обычный человек - школьник, студент, охранник, учитель начальных классов, чиновник и так далее - внезапно и необъяснимым образом попадает в прошлое, будущее, параллельный мир и так далее.

Мы попробуем применить этот прием для нашего сегодняшнего рассказа и представим, что среднестатистический житель Пугачева попал в будущее. Не очень далекое, а скажем, года на три вперед. Что он там увидит, чему удивится, чему обрадуется или огорчится? Интересно? Тогда начнем.

«Утром меня в половине восьмого разбудил будильник. День предстоял трудный. В 9 часов была назначена встреча в администрации с заместителем главы района по общим вопросам. В преддверье паводка хотелось обсудить проблему возможного подтопления моего дома. За окном, несмотря на первый месяц весны, шел снег, у детей из-за морозов отменили школу. Желание выходить на улицу отсутствовало напрочь. И если бы не грядущее половодье, то и общения с очередным бюрократом можно было избежать.

К назначенному времени я подходил к администрации. В голове промелькнуло первое подозрение, что что-то не так, когда я увидел, что стены, построенного в 1898 году здания, вместо традиционно светлых тонов, грубо отштукатурены под серую «шубу». Над главным входом красовался транспарант с надписью: «Семья ждет твоего возвращения к честной жизни!»

Мысли разбежались, собрались и со всего маха ударились о черепную коробку. Может, мой хронический недосып вызвал такие зрительные галлюцинации? Тряхнув головой, я открыл входную дверь. Справа, за перегородкой, где раньше сидела тетенька-вахтер, я обнаружил заключенного, исполняющего обязанности «дежурного по бараку». Из старого кассетного магнитофона на столе, фоном звучал шлягер группы «Бутырка» «Какая осень в лагерях…»

Мне казалось, что я схожу с ума.

- Куда? - спросила физиономия в сдвинутой на затылок тюремной феске.

- Туда, - растерялся я, кивнув носом в сторону второго этажа.

- В первый раз? - спросил дежурный. – Посещение администрации Пугачевского муниципального района требует наличия у посетителя определенной формы одежды. А именно, робы, утвержденной стандартом УФСИН и соответствующим головным убором. На входе сдаем дежурному шнурки, ремень, украшения, мобильные телефоны.

- Что происходит? - задал я встречный вопрос, мысленно вспоминая свой путь в администрацию и гадая, а не попал ли я ненароком в ИК-17.

- Происходит стандартная процедура пропуска на режимный объект.

В полубессознательном состоянии я вышел на улицу. В этот момент к администрации подъехал автозак. Конвойный открыл дверь машины и из нее по одному стали выпрыгивать на снег мужчины и женщины в полосатых робах.

- Это кто? - ошарашенно спросил я у конвоира.

- Это к главе привезли колхозников из Клинцовки. У него сегодня по расписанию прием граждан.

Я медленно сполз вниз по стене, а мутнеющий рассудок до последнего отказывался верить в происходящее.

«Какая осень в лагерях, кидает листья на запретку…», - хриплый голос солиста «Бутырки» вывел из обморочного состояния. Я поднял взгляд на угол администрации. Вместо таблички с названием улицы Топорковской, чернела надпись - «Проспект имени Почетного гражданина Пугачевского района Ю. Калинина». Я снова провалился в темноту.

- Мужчина Вам плохо?

Открыл глаза. Передо мной стояла пожилая женщина с холщовой сумкой в руках.

- Бабушка, я где?

–-У администрации, сынок. Сердце прихватило?

- Да нет. Голова… А что, вообще происходит-то?

Сердобольная старушка рассказала, как глава района решил кадровую проблему в исполнительной власти. После того как из администрации разбежались все кто мог, глава набрал на вакантные должности своих бывших сослуживцев. Те скромничать не стали и сразу установили на новом месте работы свои порядки. На крыше здания администрации развивались три флага - триколор, Саратовской области и флаг УФСИН.

Я медленно побрел к дому. И даже не заметил, как автоматически заложил за спину руки, и опустил голову. Навстречу то тут, то там мне попадались силуэты в черных робах и телогрейках с бирками на груди. Светился экран на Соборной площади. На нем бегущей строкой шла информация об условиях и порядке передвижения осужденных к лишению свободы без конвоя или сопровождения.

Я мучился весь остаток дня и половину ночи, пытаясь убежать от обрушившейся на меня реальности. Уснул под утро тяжелым, тревожным сном.

Разбудило яркое весеннее солнце, точно снайпер, бьющее в глаз через щель между занавесками. С крыши капало, было слышно, как машины поднимают фонтаны брызг, проезжая лужи.

Весна. На душе стало удивительно легко и радостно от звона капели, игривого солнца и уличного шума. «Какая осень в лагерях…» - словно молния ударила сразу в оба полушария. Я накинул куртку и со всех ног помчался в сторону администрации. Белое с розовым здание в лучах весеннего светила показалось мне прекрасным как никогда. Рванул входную дверь и на грозный окрик тетеньки- вахтера забежал к ней в каморку и расцеловал в обе щеки. Я бежал по улицам родного города, размахивая руками и хохоча во весь голос. На меня оборачивались прохожие, и, наверное, считали сумасшедшим. Пусть. Зато теперь, если меня спросят, я точно могу ответить, что такое настоящее счастье!»